Current mood:	sleepy
Entry tags:	К., КЭ, РИ, фанфЕГ

ФанфЕГ по мотивам игры "Конец Эпохи", часть 4
Итак, это и есть та самая часть истории, в которой Келеборн и Орофер, лежа под елочками с перерезанными горлами, говорили друг другу примерно следующее:
- Щас как помру... и перспективно обломлю Арагорна!
- Щас как помру... и перспективно обломлю поклонниц Леголаса! Ну и Трандуила заодно.

Друк Тинлас, прости, твои страдания несколько преуменьшены, чтобы пышно цвели страдания лорда К. :)


"Стоит разок умереть - и приоритеты тут же меняются" (с, капитан Джек Воробей в ПКМ-3)

"Но прошу тебя, не надо о любви -
не она же нас хранила, в самом деле" (с, Ханна)

За "своих" эстоладских людей, с которыми успели завязать вполне дружеские отношения, в Оссирианде ручались. Бретильские люди развели руками - с лесами они стараются дружить, да и кто валил бы деревья, когда в деревне на десяток женщин хорошо, если двое мужчин, и те - либо мальчишки, либо старики? Все прочие теперь воюют, поясняла говорливая суетливая староста и советовала эльфам обратить внимание на вастаков: чисто дикари, поклоняются какому-то волку, если уж кто и схватился с лесом - как пить дать, эти. Эльфы благодарили за подробный ответ и отправились домой. Дорога вышла легкой, лесные тропинки не прятались; на обратном пути много шутили, предвкушая возвращение к близким, теплу, хорошей еде и вину - одним лембасом при всех его достоинствах питаться было грустно. Эринион, самый молодой в компании, лучник, объявил, что сразу после возвращения собирается наконец-то жениться на кудрявой певунье и насмешнице Лалфиэль. Их нежные переглядывания давно уже ни для кого не были секретом, Эриниона поздравляли, хлопали по спине и желали удачи, даже его брат Тинлас, закоренелый холостяк. Погулять на свадьбе очень хотелось, немного искреннего веселья среди всеобщего хаоса - разве не лучшее подтверждение тому, что жизнь вопреки всему продолжается?
...До Оссирианда было уже рукой подать, надеялись добраться до темноты, поэтому шли быстро и уже не особенно прятались - здешние дороги до сих пор были относительно безопасными.
Все случилось как-то мгновенно и одновременно: с правой стороны дороги послышались звуки сражения, потом появились и сражающиеся, Келеборн по цветам узнал феанорингов, они отбивались от разбойничьего отряда; с левой стороны надвигался пожар, стремительно перекидываясь с одного дерева на другое, и воздух уже раскалялся.
- К Морготу, - выругался Эринион, - не хватало ввязаться во все это, у меня же свадьба!
Переглянулись молниеносно.
- В лес!
Обдумать, насколько удачным было это решение, не успели: феанорингов гнали следом разбойники, пришлось разворачиваться и принимать бой. В своем лесу, где известна каждая травинка, это было бы просто, но в незнакомом терялись и медлили с ударами и выстрелами, как будто кто-то спутывал руки, - зачем, ну зачем им такая связь, такая зависимость от этой земли, этой воды и этих лесов? А может, так только казалось, пока было слишком много мыслей – о мече, о руке, о враге, о своих – в поле зрения Келеборна был только Тинлас, остальные рубились где-то дальше, о том, что следовало научиться биться левой… потом словно отпустило, мыслей стало гораздо меньше, не осталось вовсе – и тут Тинлас упал на колено, и надо подхватить его и тащить глубже в лес, быстрее, еще быстрее, и нет времени разбираться, насколько серьезна рана – это посмотрим потом, в относительной безопасности, Орофер и Эринион отступают следом, это хорошо, Тинлас, кажется, бормочет что-то про «осторожно, сзади», но не слышно, потому что Келеборн, уложив его под невысокие елки, почти орет:
- Тинлас! Куда тебя?! Серьезно?! - и тут…
Удар обрушился сзади с такой силой, что он только и успел хватануть воздуха, и уже падая увидел - в лесу была засада, увидел, как обернулся к новому противнику Орофер… а следом рухнула темнота.

...Очнулся быстро - бой еще не закончился, удалось подняться и сражаться какое-то время, прикрывая уже дважды раненого Тинласа, неподвижно лежащего под деревьями, но силы уходили быстро, новый удар пришелся в грудь и свалил в уже знакомую темноту окончательно, оставив Келеборну пару мгновений на то, чтобы понять: деревья никак не предупредили его об опасности.
Они больше не разговаривали с ним. Лес онемел.

Келеборн пришел в себя от странной тишины. Кто бы мог представить себе такую тишину совсем недавно… Успел пройти дождь; только это и спасло от пожара, хотя сейчас оказалось – успело зацепить и огнем, и довольно сильно. Кто-то редко стонал, но кто – не разобрать. Трудно дышал Орофер – живой, и то хорошо. Перекликнулись – все живы, попытались даже засмеяться.
- Эринион, не смей умирать. У тебя свадьба!
Легко сказать. Без перевязки им всем остались считанные хорошо, если хоть часы.
…Галадриэль склонялась к нему - близко, так близко, если хватит сил, он даже сможет к ней прикоснуться... Келеборн не удержался, позвал.
- У меня так много ран, - голос Тинласа звучит так спокойно, что даже через марево накатывающего обморока становится жутко. - Наверное, я умру.
Золотая милая растаяла в воздухе.
- Что?
- У меня много ран, - повторил тот. – Наверное, умру.
- Я тебе умру, - зло, как-то совсем уж по-человечески вырвалось у Келеборна. Вдруг нахлынуло что-то дремучее, протестующее и страшное в своей силе. Хватит с него смертей. - Я тебе умру.
Нашарил поясную сумку.
- Погоди. Я попробую тебя перевязать… хотя бы перетянуть кровь.
Это даже получается сделать, благо, в сумке находится то, что сойдет за бинты. Правда, сразу следом наваливается дурнота.
Келеборн прислонился спиной к дереву, чувствуя, что опять соскальзывает в темноту, по краю которой колыхалось золотое марево, золотое, как... У самого этого края его остановил шепот Тинласа.
- Как думаешь, в Мандосе есть деревья?
- Что? - Келеборну решил, что ослышался - немудрено.
- Как думаешь, в Мандосе есть деревья?
Келеборн выругался про себя одним из тех слов, что приходилось слышать от людей.
В Мандос он собрался. Я тебе устрою Мандос.
- Тинлас, ты бредишь, - голос у Келеборна стал еще злее. - В Мандосе нет деревьев, ни одного кустика – одни стены.
Он соврал бы что угодно, если бы это точно помогло.
- Я просто подумал... если в Мандосе нет деревьев... то как же?
- Вот поэтому тебе нечего делать в Мандосе. Держись, а? За нами непременно придут.
- А мой брат?
Кликнули Эриниона – отозвался. Напомнили про свадьбу - не смей умирать… был бы еще толк от этого напоминания.
Как хочется жить.
Перед глазами сходились в небе темные кроны деревьев, потом закружились и стали сплошным черным полотном. Снова склонилась Галадриэль и смотрела с любящей жалостью, но как будто не узнавала, и надо только протянуть руку… Келеборн позвал снова, и снова…
- Вы эльфы? - его потрясли за плечо. Очнулся, увидел над собой девушку из эдайн – совсем молодую.
- Эльфы из Оссирианда, - показалось, что это он выкрикнул, но только показалось: от слабости еле ворочается язык. – Пошлите туда кого-нибудь… раненому помоги, - кивнул в сторону Тинласа, тот был уже совсем бледный и едва дышал.
- Оссирианд далеко… А вы эльфы, - такое чувство, что девушка испугана. - А я не умею, я человек... у нас таких знаний нет, чтобы эльфам помогать…
- Хоть перевяжи. Ему хуже всех пришлось...
Она кивнула. Перевязали всех.
- Я с эльфами не умею, не умею, - извиняясь, качает головой девушка. - Я только людей, я же человек.
…Падающий, падающий бесконечно долго, пронзенный солнцем золотой плащ волос…
- Здесь есть эльфы! – крик прорывается сквозь темноту и это падающее золото. – Эльфийские целители нужны здесь!
Наконец-то. У целителя темные волосы, круглое лицо. Заговаривает Тинласу кровь.
- Как твое имя? - между делом осведомляется темноволосый.
- Келеборн.
- Келе...горм? - через паузу, как-то задушенно произносит темноволосый. И смотрит так, будто видит привидение.
Вполне понятно, в общем.
- Ке-ле-борн, - повторил по слогам синда, удается усмехнуться даже через боль. - Не как Файнорова сына.
- А, - темноволосый успокаивается. - Я заговорил кровь тебе и ему.
- Спасибо. Рядом еще двое…
- Ими уже занимаются.
- Пошлите кого-нибудь в Оссирианд.
…Опять темнота, в которой хочется звать только одну – и единственным именем…
- Они здесь!
Кто-то подхватывает, тормошит, зовет встревоженно и настойчиво знакомым, дорогим голосом. Келеборн с трудом разлепил веки. Нет. Нэллас - тихая, внимательная и собранная.
Лучше бы не открывал глаз.
- Выпей, родич, - мягко произносит она. - Выпей.
- Галадриэль... где?
- Все в порядке, она скоро будет здесь. Пей.
Проглотил послушно - и опять провалился в непонятные эти сумерки, уже не такие темные, по краю которых плывет, плывет что-то золотое - не то угасающее солнце, не то...
Келеборн так и не успел понять, что именно "не то".

ЗЫ. Оффтоп. Какая ЖЕСТЬ. Я еще в 2005 году ЭТО говорила - нет, блин, все выеживаюсь :))